Статья посвящена актуальной и малоисследованной теме иноязычного влияния на язык юкагиров - представителей одного из крайне малочисленного этноса северо-восточной части Сибири, численность носителей которых составляет менее 50 человек, в основном проживающих в Нижнеколымском и Верхнеколымском районах Республики Саха (Якутия). Недавние исследования показали, что в речи тундровых юкагиров выделяется небольшая по своему составу группа русских по своему происхождению слов, заимствование которых не было бы возможно без участия аффиксальной морфемы -лаа из якутского как языка-посредника. Установлено, что употребление заимствованных основных якутских алломорфов -лаа , -наа , -даа , -таа в юкагирском языке согласуется с последним звуком основы, как и в языке-источнике. По признаку освоенности выделяются неадаптированные, частично адаптированные (с усвоением корневой части или аффикса) и адаптированные формы с -лаа , часть из которых относительно частотна в речи носителей и встраивается в грамматическую систему принимающего языка. Со структурно-морфологической точки зрения глаголы, как заимствованные в готовом виде, так и созданные по аналогии с якутскими словообразовательными моделями, выступают существительные, императивные формы глаголов и междометие. Автором дана хронологически-частотная характеристика, согласно которой глаголы с -лаа следует считать фактами советского периода и речевой стратегией одного носителя, хотя небольшое количество таких лексем нашло отражение в двуязычном словаре. Усвоение якутского аффикса -лаа стало возможным благодаря распространенному полилингвизму среди юкагиров и структурной близости юкагирского и якутского языков.
The article is devoted to a relevant and under-researched topic of foreign language influence on the Yukaghir language, spoken by one of the smallest ethnic groups in the northeastern part of Siberia, with fewer than 50 speakers, primarily residing in the Low Kolyma and Upper Kolyma regions of the Sakha Republic (Yakutia). Recent studies have shown that in the Tundra Yukaghir speech, there is a small group of Russian words, the borrowing of which would not have been possible without involvement of the affixal morpheme -laa from Yakut as an intermediary language. It has been established that the use of borrowed Yakut allomorphs -laa , -naa , -daa , -taa in Yukaghir aligns with the final sound of the stem, as in the source language. Based on the degree of assimilation, non-adapted, partially adapted (with assimilation of either the root or the affix), and fully adapted forms with -laa are distinguished, some of which are relatively frequent in the speech of native speakers and are integrated into the grammatical system of the recipient language. From a structural- morphological perspective, verbs, whether borrowed as complete forms or created by analogy with Yakut word-formation patterns, include nouns, imperative verb forms, and an interjection. The author provides a chronological-frequency analysis, according to which verbs with -laa should be considered phenomena of the Soviet period and the speech strategy of one speaker, although a small number of suchlexemes are reflected in a bilingual dictionary. The assimilation of the Yakut affix-laa became possible due to the widespread multilingualism among the Yukaghirs and the structural similarity between the Yukaghir and Yakut languages.